Метка: Шишмарева Т. В.

Б. Сурис «Рисунки Татьяны Шишмаревой»

Рисунки Татьяны Шишмаревой

Зритель соскучился по таким выставкам: не громоздким, легко обозримым и — не побоимся немодного слова — доходчивым; дающим пищу глазу, разуму, чувству. По такому искусству, которое заставляет остановиться, задуматься, поразмыслить о жизни и о самом себе, вслушаться в окружающий мир, его гармонии и диссонансы. Таким предстало перед нами искусство Татьяны Владимировны Шишмаревой на ее персональной выставке в трех небольших выставочных залах Ленинградской организации Союза художников РСФСР.

Как-то мне привелось заговорить с Татьяной Владимировной об «Андрее Рублеве» А. Тарковского. Отдавая должное сильным сторонам фильма, она в то же время не соглашалась с трактовкой центрального образа. «Замкнутый в себе, пассивный и безучастный наблюдатель происходящего — таким я не представляю себе великого художника. И не только великого — любого, если только он художник настоящий». Это было сказано не столько о фильме, сколько о творчестве вообще. Собственном прежде всего. Действительно, искусство Шишмаревой не упрекнешь в самосозерцании, уходе в узколичную проблематику. Это искусство, раскрытое навстречу жизни, немыслимое вне постоянных контактов с нею.

Тонкое и строгое. Спокойное и светлое по основной своей тональности, хотя и не избегающее драматичных подтекстов и эмоциональной напряженности.           читать

Татьяна Шишмарева «О рисунке и книжной графике»

Татьяна Шишмарева «О рисунке и книжной графике»

(из записок художника)

Всю жизнь меня привлекает линия своей ясностью, точностью, разнообразием, а рисунок стал для меня самым естественным способом размышления и выражения своих мыслей.

Линейный рисунок я понимаю очень широко. Хотя в основе моего рисунка лежит линия, в нем могут участвовать и штрих, и тон, и цвет, однако главенствовать, «держать» рисунок будет линия.

Линия– это не контур, не обводка формы, бесстрастная, ровная, правильная. Линия должна быть живой, напряженной, она должна менять свой характер в зависимости от характера натуры. Она может быть мягкой и колючей, острой и широкой. Главное ее свойство – выразительность. «Правильность», классичность, невозмутимость лично мне противопоказаны. Восклицание Тулуз-Лотрека: » Наконец-то я разучился рисовать!» — очень точно. Это полное владение формой, которое благодаря непрестанной работе приводит к раскрепощению, к свободе чувствовать и видеть, к сосредоточенности и выразительности. Недаром Делакруа говорил, что художник должен владеть своим ремеслом настолько, чтобы суметь нарисовать человека, падающего с пятого этажа, во время его падения. При такой оснащенности художник освобождается от «школьного» понимания и думает о главном — об острой передаче увиденного, вкладывая в нее такие мысли, которые не пришли бы в голову во время слишком «правильного рисования».        читать

Зинаида Курбатова «Баба Таня»

Мемуары художницы Татьяны Владимировны Шишмаревой (1905–1994) подготовила к печати петербургская журналистка Зинаида Курбатова (внучка академика Д.С.Лихачева).

Баба Таня

Мне повезло познакомиться с ней в детстве, а потом, в юности, даже подружиться, несмотря на разницу в возрасте. Дача моего дедушки академика Лихачева в Комарове была в двух шагах от дома Татьяны Шишмаревой. Мое первое воспоминание — по нашей главной улице Курортной по вечерам прогуливается пожилая дама. Одета она просто, даже аскетично. Свитер, почему-то всегда коротковатые брюки, простые башмаки. Единственное украшение — бусы. Татьяна Владимировна в одежде предпочитала определенную гамму — серые и голубоватые цвета. Иногда, редко — тот оттенок зеленовато-коричневого, который у живописцев известен как «умбра ленинградская». Выглядела она при этом невероятно стильно. Держалась прямо, серебряные волосы убирала в тяжелый узел. Неистребимая порода чувствовалась в каждом движении. Здороваясь, она резким движением выбрасывала вперед руку для пожатия и внимательно смотрела в глаза. Со мной, еще девочкой, разговаривала всегда как со взрослой.

Собственно, отношения наши начались после того, как «баба Таня», так ее звали в семье, нарисовала мой портрет. В 14 лет я была любимым «типажом» художницы Шишмаревой. Ей нравилось рисовать высоких девушек, с длинными руками, длинной шеей. Нравились волосы, заплетенные в косы. Пока она работала, мы разговаривали. Т.В. рассказывала: «Во времена нэпа в моду вошли стрижки. Мне было жаль расставаться с волосами, и я ограничилась тем, что подстригла челку». Я уже знала, как она выглядела в молодости, — видела репродукцию ее портрета, написанного Владимиром Лебедевым в 1935 году.         читать

Шишмарёва Татьяна Владимировна

Шишмарёва Татьяна ВладимировнаТатьяна Владимировна Шишмарёва (17 февраля 1905, Санкт-Петербург — 20 августа 1994, Санкт-Петербург) — российский художник-акварелист, график, книжный иллюстратор.

Мать — Анна Михайловна Усова (1877—1956), певица и педагог. Отец — филолог, профессор Санкт-Петербургского университета Владимир Федорович Шишмарёв. Училась в Костроме, позднее на археологическом факультете Петроградского университета (1923—1924). Среди наставников в живописи — Н. Радлов, М. Добужинский, А. Савинов.

С 1926 работала в Детгизе у В. Лебедева, затем — на киностудии «Ленфильм» (1932—1934), в различных издательствах.

Автор иллюстраций к произведениям Бальзака, Диккенса, Стивенсона, Пушкина («Пиковая дама»), Грибоедова («Горе от ума»), прозе Гоголя, Гончарова, Н. Лескова, А. Чехова, А. Куприна, М. Горького, И. Ефремова, книгам В. Бианки и др.

С 1935 участвовала в коллективных выставках. В 1934—1946 преподавала в ленинградских вузах. Член Союза художников СССР.

Персональная выставка её работ состоялась в 1975.

Т. В. Шишмарева — одна из наиболее ярких и интересных представителей отряда ленинградских графиков. Ученица В.В.Лебедева, Татьяна Владимировна много и плодотворно работала в книжной иллюстрации, и не только в детской, которой Шишмарева всегда придавала большое воспитательное значение. В ее творчестве нашли интересную интерпретацию образы произведений Чехова, Лескова, Грибоедова, Бальзака и Диккенса. Станковой графикой художница занималась не меньше, чем иллюстрированием.

Среди ее произведений есть пейзажи и натюрморты, но главное место занимают портреты современников. Это изображения художников, актеров, писателей, ученых, составляющих, так сказать, цвет ленинградской интеллигенции. Портретные рисунки выполнены чаще всего контурной линией, которая нанесена решительной, уверенной рукой. Можно сказать, что в ней выражен итог изучения художницей своей модели. Все предварительно продумано, взвешено, решено. Когда на листе бумаги возникает портрет, в нем остро выражено существо характера модели, дана психологическая характеристика (‘Портрет академика В. М. Жирмунского’).

В 60-х годах, будучи мастером со сложившейся, устойчивой репутацией иллюстратора и портретиста, Шишмарева увлеклась новым для себя жанром станковой графики — ‘интерьером’. В рисунках художницы отразился ее интерес к ‘малому миру’ повседневной человеческой жизни: перед нами то комната дачного дома в новогоднюю ночь, то городское жилье, заставленное разномастной, но уютной мебелью, то мастерская. ‘Интерьеры’ автобиографичны, они выразительно свидетельствуют о душевном складе и привычках художницы.

В конце жизни написала воспоминания о В. Лебедеве, С. Лебедевой, Н. Лапшине, Н. Тырсе, Ю. Васнецове и др.

Исследователь Л. В. Мочалов в статье, посвящённой ленинградской художнице Т. В. Шишмарёвой: «Главенствующая подоплёка её творчества — неприятие пережимов, внутренняя уравновешенность, такт, наконец, понимание роли нюансов — того, без чего нет и не может быть подлинного искусства. Упомянутые качества, а также высокая профессиональная культура, тонкий, хорошо поставленный вкус прочно связывают Шишмарёву с традицией ленинградской живописно-графической „школы“ 20—30-х годов»

Муж — художник В. А. Власов (1905—1979), в 1932—1934 — узник ГУЛАГа. Их сын — Борис Васильевич Власов (1936—1981), художник.

Татьяна Владимировна похоронена на кладбище в Комарово рядом со своим отцом.                        читать

Книги с иллюстрациями Шишмарёвой Т. В. в Лабиринте

Книги с иллюстрациями Шишмарёвой Т. В. в Озоне

Книги с иллюстрациями Шишмарёвой Т. В. в моем блоге


«Три апельсина. Итальянские народные сказки»        в Лабиринте, в Озоне

Рекомендую следующие книги с иллюстрациями Шишмарёвой Т. В.
   в Лабиринте, в Озоне

«Умный ягненок. Индийская сказка»    в Лабиринте,  в Озоне
    в Лабиринте, в Озоне

Т. Шишмарева «…Написала о своих друзьях» Юрочка Васнецов

Татьяна Шишмарева «…Написала о своих друзьях»

Юрочка Васнецов

Юрий Алексеевич Васнецов (1900–1973), живописец, график, иллюстратор книг, народный художник РСФСР, лауреат Государственной премии СССР. Родился в Вятке, учился во Вхутеине и у К.С.Малевича в ГИНХУКе. С 1928 года сотрудничал с ленинградским отделом Госиздата, затем с издательством «Детская литература». Автор широко известных иллюстраций к русским сказкам и сказкам русских писателей.

Юрий Алексеевич Васнецов. Юрочка! Огромные, неистово голубые глаза на очень румяном лице. Большой своеобразный живописец, не менее удивительный график, сказочник и в творчестве, и в жизни, в своем быту. Непосредственный ребенок, чуть наивный; мудрец, защищавший свое творчество, не сдавший позиции и, будучи робким, сумевший уберечь его от грубых нападок, сохранить.

Вся жизнь его прошла на моих глазах, я знала его и дружила с ним.

Первая моя встреча с Васнецовым произошла, конечно, в Детском отделе Госиздата, куда он пришел, окончив Академию, наниматься, как тогда говорили, к Владимиру Лебедеву. Это был 1928 год.

Пришел он не один. Их было трое: Васнецов, Курдов, Чарушин. И так они первое время и воспринимались — втроем. Они были особые, не похожие на окружающих, несмотря на американизированную внешность — одинаковые клетчатые гольфы, — не горожане, не петербуржцы, вятичи и с Урала. Первое время они так и ходили всегда втроем. Первые книги, которые дал им иллюстрировать Лебедев, принадлежали все три перу Виталия Бианки, анималиста. Симптоматично.         читать

Т. Шишмарева «…Написала о своих друзьях» Сарра Лебедева

Татьяна Шишмарева «…Написала о своих друзьях»

Сарра Лебедева

Сарра Дмитриевна Лебедева (1892–1967), скульптор, заслуженный деятель искусств РСФСР, член-корреспондент Академии художеств СССР. Автор выразительных портретных бюстов и монументальной пластики.

Когда мы познакомились с Лебедевым, он только что разошелся с Саррой Лебедевой. Как он мне объяснил, они начали мешать друг другу в работе. Она даже переехала в Москву, но дружеская любовь сохранилась между ними на всю жизнь. Вещи свои Лебедева перевезла еще не все, и у него в мастерской оставался ее знаменитый бычок, сделанный из одного куска железа. Владимир Васильевич его очень любил. Я тоже.

С Лебедевой он меня вскоре познакомил. Она приехала из Англии, была удивительно красива, молчалива, и взгляд ее, казалось, видел тебя насквозь, видел все твои мысли. Такое ощущение было у меня очень долго. Девчонкой я ее просто побаивалась, хотя она относилась ко мне хорошо, всегда показывала свои работы и просто водила меня по мастерским интересных художников. Она была обаятельна, но строгость всегда присутствовала. В разное время, бывая в Москве, я к ней обязательно заходила. У нее был свой круг друзей: Слоним, Эренбург, Натан Альтман, Татлин, Сергей Герасимов, Гончаров, Тышлер, Кузнецов с женой, Фрадкина и Женя Пастернак (обе последние были ей очень близки). Последнее время я стала часто бывать у нее и даже останавливалась в ее квартире.         читать

Т. Шишмарева «…Написала о своих друзьях» Лебедев

Татьяна Шишмарева «…Написала о своих друзьях»

Лебедев

Владимир Васильевич Лебедев (1891–1967), живописец, график, иллюстратор книг, плакатист. Народный художник РСФСР, член-корреспондент Академии художеств СССР. Сотрудничал в «Сатириконе» и «Новом Сатириконе». Один из организаторов «Окон РОСТА» в Петрограде.

В 1924–1933 годах возглавлял художественную редакцию детского отдела Госиздата на Невском проспекте, в «доме Зингера»; Вместе с С.Маршаком создал творческий коллектив, где сотрудничали Д.Хармс, А.Введенский, Б.Житков, В.Ермолаева, А.Пахомов и другие; основатель ленинградской школы книжной графики.

В 1925 году я занималась в мастерской художника Александра Ивановича Савинова(1) при Главпрофобре (это было время нэпа и были разрешены частные студии — художественные, балетные и т.д.). Мастерская тогда помещалась позади Казанского собора в бывшем помещении фотографии. Савинов был изумительным педагогом. Как я сейчас понимаю, у него было много точек соприкосновения в преподавании рисунка с Петровым-Водкиным. Ясность во всем. Постижение формы прежде всего. Ничего случайного, строгость рисунка, пластика. Он показывал на полях, никогда не дотрагиваясь <до> работы ученика, рисуя чуть ли не пунктиром, чтобы избежать всякого подражания. Он именно объяснял, очень ясно, никакой мути.

Человек он был мало сказать добрый, чудесный, исключительно внимательный. Я помню такой случай. Василий Власов(2), который тоже у него учился, увлекся Григорьевым и, конечно, перенял, прежде всего, внешнюю манеру. Александр Иванович разгорячился и устроил ему разнос. Когда он окончил обход и ушел, кто-то выглянул в окно и увидел, что Савинов спрятался за колонну собора. Заинтригованные, мы смотрели. Вот вышел Власов. Александр Иванович выходит к нему из-за колонны, идет разговор. Позднее мы узнали, что Савинов переживал за разнос, который он устроил, а Власов его утешал и успокаивал.

Я помню его однажды разгоряченным перед диспутом с Филоновым. Мы с Власовым встретили его в Академии, он с возмущением говорил: «Кишки и черви, кишки и черви». 

В мастерской, кроме меня и Власова, училась Алиса Порет, Татьяна Глебова, Владимир Максимов, впоследствии архитектор, А.Цветкова и т.д. Зарабатывали мы разнообразными делами: диаграммами, объявлениями для магазинов, вроде «получена сёмга и свежая икра», и раскрашиванием фанерных коров разных пород для какой-то сельскохозяйственной выставки. Последний заработок был основательный — 45 руб. на брата. Это были большие деньги. Но мечтой было получить работу в издательстве. Это было трудно, так как в издательствах были везде свои художники, и в каждом своя определенная их группа, свой стиль работы. Я старалась одеться несколько по-дамски, используя что-то из гардероба матери, и, изготовив рисунок под стиль данного издательства, отправлялась на «охоту». Я помню, как в каком-то издательстве обо мне доложили: «Вас спрашивает дама», но это не помогло.

И вот появились слухи о том, что в Детском отделе Госиздата есть такой замечательный художник Владимир Васильевич Лебедев, который не только дает работу, но и учит ее делать. Про этого художника ходили легенды. Говорили, что он создал в издательстве удивительную творческую атмосферу, что с молодежью там возятся, учат, подбирают ей работу. Это совсем не то, что частные издательства, где царит вкус хозяина.         читать