Метка: Капустина Т. П.

«Собаки, археологи, охотники и художники — вот сфера моего общения в жизни»

«Собаки, археологи, охотники и художники — вот сфера моего общения в жизни»

Татьяна Порфирьевна Капустина (родилась 4 ноября 1935 года в Ленинграде), художник-анималист, иллюстратор детской книги, член Союза художников СССР. Мы поговорили с ней о путешествиях и учителях, о собаках и чайках-поморниках, о лошадях и «Скайпе», о счастье и пельменях.

— Ваше любимое детское лакомство?
— Студенчество — это мое детство, можно так сказать. Любимым студенческим лакомством были пельмени. А до войны не помню, что любимое было.
Могу сказать, что лук и вареный, и жареный я как тогда не любила, так и не люблю сейчас, остальное согласна съесть. Даже с шашлыка я луковые кольца сдираю и кладу на край тарелки. И кто-то потом его съедает с благодарностью.

— Расскажите о вашей любимой детской игрушке или об игрушке, которая запомнилась на всю жизнь.
— Помню, что была у меня еще до войны игрушечная овечка без подставки. Я никогда не любила игрушки на подставках. Шерстка у овечки была из резины, колечками. Не знаю, была ли она любимая, но она мне запомнилась. Ну а потом война, игрушек особенно не было.

— Какой праздник вы больше всего любили в детстве и как его отмечали у вас в семье?
— Мне нравилось на елку ходить. Тогда было принято устраивать для детей елку в домоуправлении или в ближайшем театре. Но это не значит, что я любила театральные постановки. Помню, что один раз напугалась Бабы-яги и заплакала. Это было еще до войны. А потом, с пяти до десяти лет — пустое место. А после десяти лет — это уже не детство, а юность.
Кстати, после десяти лет я обнаружила, что не люблю кукольный театр. Он был у нас тут рядом, на Некрасова. (Большой Театр Кукол — прим. «Речь».) Кукольный театр казался мне условным, ненатуральным. А вот кино я любила, особенно про зверей, или вот довоенные еще фильмы про пограничных собак.
А сейчас с удовольствием смотрю советские мультфильмы, а несоветские не смотрю и плююсь.                 читать

Бесценное богатство Татьяны Капустиной

ТАТЬЯНА ПОРФИРЬЕВНА КАПУСТИНА — известный иллюстратор детской книги. Она окончила Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры имени И. Е. Репина и уже более полувека с успехом иллюстрирует книги для детей. За свою долгую жизнь Т. П. Капустина принимала участие в десятках экспедиций, побывала на Памире, Таймыре, Командорских островах, Дальнем Востоке, в заповеднике Аскания-Нова, в Антарктиде… Из путешествий она всегда привозила много рисунков и акварелей, исполненных непосредственно с натуры. В альбоме собраны лучшие работы Т.П. Капустиной. Здесь выразительные портреты археологов и мастеров народных промыслов Амура, изображения вулканов Камчатки и суровых гор Памира, цветов Таймыра и нашей скромной ленинградской природы.

Но, конечно, главные герои произведений художницы — это звери и птицы. Шелестит праздничным оперением павлин, котики на лежбище обмахиваются ластами, как веерами, олени на мгновение застыли, ловя чуткими ушами лесные шорохи… Акварели, литографии, иллюстрации Т. П. Капустиной приносят людям радость, напоминают о необходимости охранять все то прекрасное, что нас окружает, охранять наш мир.

Нина ФАМИНСКАЯ,
кандидат искусствоведения, член союза художников, профессор СПб государственного академического института живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина

Бесценное богатство Татьяны Капустиной

Есть люди, от простого общения с которыми светлеет душа, а житейские проблемы становятся как будто не такими уж сложными, словно само находится решение и для них. Таких редких, насыщенных солнечной энергией, людей философы именуют важно харизматическими личностями. А люди творческие, гуманитарии называют обычно душой компании. Такова художница Татьяна Порфирьевна Капустина. Её обаяния, кажется, хватит не только на самых разных зрителей Петербурга, но и всей России, которую она в молодые и не очень молодые годы изъездила буквально вдоль и поперёк с различными экспедициями, научными, туристическими группами. От Камчатки до Антарктиды. Была она и на Алтае. Восхищалась путешествиями в Польшу, Германию. Отовсюду привозила потом множество прекрасных графических работ, которых хватило бы на целый музей. И главным героем в этом художественном музее, состоящем исключительно из произведений Татьяны Порфирьевны Капустиной, стала бы Её высочество Природа в несказанном величии и неповторимой красоте. Конечно, в этом царстве Природы свободно, радостно чувствовали бы себя, жили в ней и звери, и птицы, и люди. Жаль, что о таком музее можно только мечтать. Пока что работы Т.П. Капустиной находятся в разных городах и музеях — в музее Ярославля, Комсомольска-на-Амуре, Ивангорода, в частных собраниях. И, конечно, дома, в небольшой квартире, где теперь и хозяйке тесно стало работать среди огромного количества графических листов, книг, выпущенных в разные годы. Может быть, ещё и поэтому она неизменно охотно и радостно выезжала со своими графическими маленькими шедеврами в скромных рамах практически в любую организацию, учреждение, куда её приглашали, принося в серые, невыразительные дотоле пространства коридоров и кабинетов целый мир — красочный, светлый, неповторимый…            читать

Любимые звери и птицы Татьяны Капустиной: тепло притягательной красоты

Любимые звери и птицы Татьяны Капустиной: тепло притягательной красоты

Русская культура имеет глубокие и давние традиции любования и воспевания мира живой природы. Преклонение перед силой и красотой живой природы, источника всего живого, отображение образов и «души» ее обитателей стало лейтмотивом искусства русских художников-анималистов XX века.

Среди петербургских художников-графиков особое место занимает Татьяна Порфирьевна Капустина (р. 1935) — выдающийся художник-анималист, иллюстратор детской книги, акварелист, мастер эстампа.

Татьяна Порфирьевна относится к тем счастливым людям, кто сумел еще в детские годы распознать свое призвание и посвятить любимому делу всю свою жизнь. Любовь Капустиной — птицы и звери, рыбы и насекомые — все, кто бегают, плавают, ползают и летают, а страсть — путешествия.

Когда десятилетнюю художницу подруга спросила: «Ты кого больше любишь?», Таня ни секунды немедля ответила: «Лошадей и собак». Подруга удивилась: «Да? А я — маму и папу!». Рассказывая об этом шесть десятков лет спустя, художница вспоминает, как покраснела тогда, поняв, что невольно обидела самых родных и любимых людей, но высказанная детским искренним сердцем любовь к «братьям меньшим» оказалась клятвой на всю жизнь. Влезть на сосну, чтобы зарисовать белку, насыпать в лесной чаще сухарей с вареньем, чтобы увидеть медведя, а потом бежать стремглав, заслышав приближающейся треск сучьев и рычание — с неизменным юмором вспоминает свои юношеские эксперименты художница.                    читать

Н. С. Кутейникова «Татьяна Порфирьевна Капустина»

Н. С. Кутейникова «Татьяна Порфирьевна Капустина»

Почти полвека назад один из зачинателей ленинградской школы анималистов Е. И. Чарушин говорил о необходимости дать «полноценный, ощутимый образ зверя». Это замечание стало своеобразным заветом следующим поколениям. Сегодня среди немногочисленной, по высокопрофессиональной группы графиков-анималистов Ленинграда эту задачу успешно решает Татьяна Порфирьевна Капустина.

Капустина относится к тем редким в счастливым людям, для которых круг пристрастий определился достаточно рано. Собственно, весь уклад жизни семьи будущего художника (отец страстно увлекался охотой) неразрывно был связан с природой, миром животных, миром, исполненным гармонии и необыкновенно притягательной красоты. Много позже, критически оценивая свою работу, Капустина заметит: «Люди получаются хуже. Зато звери, сколько их есть в природе, все мои».

В Средней художественной школе имени Б. В. Иогансона при АХ СССР Ленинграда, а потом в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имени И. Е. Репина Капустина ни разу не изменила своей привязанности к животным. Уже в школе она много рисует лошадей, старается ближе узнать и лучше понять их повадки. Не одно ночное было проведено в Юкках (на летней практике в небольшом живописном местечке под Ленинградом), с девятнадцати лет началась и самостоятельная охота.

Еще в период обучения в институте, в 1959 году выходит первая книга, иллюстрированная Капустиной, — «Белолобый» А. П. Чехова (Киев), а годом позднее в том же издательстве — «Что я видел» Бориса Житкова. Далеко не совершенные по своему исполнению рисунки привлекательны простотой, непритязательностью, а главное, свежестью натурных наблюдений. Вновь подтвердила круг интересом молодого графика тема дипломной работы — иллюстрирование повести Л. Н. Толстого «Холстомер».          читать

Мои любимые краски — краски осени…

Мои любимые краски — краски осени…

Недавно в редакции один писатель пожаловался:

— Мало, ох, как мало осталось художников, рисующих животных, мастеров этого дела! Ведь еще недавно — возьмешь книжку — какие великолепные рисунки! Ленинградцы Валентин Курдов, Евгений Чарушин, москвичи Ватагин, Никольский. А сейчас…

И он назвал две-три фамилии, среди них Татьяну Капустину.

Встретиться с Татьяной Порфирьевной Капустиной оказалось не так-то просто. То телефон молчал, то люди, которые снимали трубку, отвечали:

— Уехала в лес, рисовать.
— На охоте.
— Судит состязания собак.

Последнее оказалось вовсе неожиданным: ну, ладно, раз художница — значит в лесу делает эскизы, дальше — про нее все говорят — она опытный охотник, но чтобы женщина, художник, и — судья по собакам! Оказалось именно так, — судья, да еще один из самых строгих, а специальность у нее — охотничьи собаки, никаких болонок, той-терьеров и прочей мелочи, только легавые, лайки, сеттеры…

Наконец, однажды к телефону подошла сама хозяйка. Извинилась, только что из-за города, не успела снять сапоги. Но ответила весело:

— Приезжайте хоть сейчас, ставлю чай, буду ждать…

В небольшой квартире на южной окраине Ленинграда на стенах охотничьи трофеи — рога, шкуры и рисунки, рисунки, рисунки. Эскизы и готовые, но по каким-либо причинам не пошедшие в книги. (Ну, у кого же это сразу получается то, что надо? Иной рисунок и хорош, а в ряду с другими, уже готовыми, не смотрится, не лежит…)          читать

«Анима» значит «душа»

«Анима» значит «душа»

Пожалуй, нет такого дома, в котором не было бы книг с иллюстрациями известного художника-анималиста Татьяны Порфирьевны Капустиной. И едва ли найдутся родители, которые бы не читали своим детям рассказы Бианки или Мамина-Сибиряка с ее рисунками. Работы художницы хранятся в Русском музее и Дрезденской галерее. А общий тираж проиллюстрированных ею книг превышает 20 миллионов экземпляров.

Первый художественный опыт Татьяна Капустина приобрела еще в школе. Взяла немного воска и картона, поколдовала над ними несколько вечеров и смастерила стойбище оленеводов. Решив показать поделку ребятам, принесла ее в класс. Но случилось так, что первой это творение увидела учительница. Недолго думая, она сгребла поделку в охапку и, строго отчитав школьницу, велела привести родителей. Слава богу, что те, хоть и были людьми простыми (папа — железнодорожник, мама — швея), оказались мудрее образованного педагога и отдали свою дочку в студию скульптуры при Ленинградском дворце пионеров.

Способная девочка сразу обратила на себя внимание. И очень скоро руководитель студии Валентина Китайгородская, взяв ее за руку, привела в художественную школу при Академии художеств. Новое место так понравилось Тане, что школу она закончила с серебряной медалью и подала документы в вуз. Из 25 возможных баллов Таня набрала 24. И стала первой из 13 человек, принятых на факультет графики. И снова ей повезло. У профессора Таранова она училась композиции, у Овсянникова — рисунку и живописи, у Ветрогонского — литографии. А начало ее творческого пути счастливо совпало с периодом обновления в жизни и искусстве, знаковыми шестидесятыми, когда можно было совершать долгие путешествия по стране и привозить оттуда толстые папки рисунков — бесценный багаж для будущего творчества.          читать

Зеленая эпоха

Зеленая эпоха

Наш главный биолог, автор рубрики «Зеленые страницы» Борис Сергеев достает из дипломата странички нового материала и хитро улыбается: «Об этом звере почти никто ничего не знает, даже не всем специалистам он известен! И у Брема о нем — ни слова!» Оставляет статью и уходит. Мы в панике набираем номер Татьяны Порфирьевны Капустиной, лучшего художника-анималиста Санкт-Петербурга. Да что там Санкт-Петербурга — всей страны!

— Але-але-але! — слышится из трубки знакомый бодрый голос.

— Татьяна Порфирьевна! Выручайте! Надо нарисовать зверя, которого никто не видел!

— Как зовут? — деловито интересуется Татьяна Порфирьевна и, услышав наш ответ, смеется: — Ну, этого я знаю! Не только видела, но и рисовала уже!

И в назначенный час в редакции раздаются решительные шаги. Татьяна Порфирьевна привычно снимает с плеч рюкзак, достает папку с рисунками и выкладывает на редакторский стол портрет заказанной «неведомой зверюшки». И мы, как всегда, восторженно ахаем. На бумажном листе — совершенно живой, очаровательный зверь, пушистый, теплый и со своим собственным характером. Чудо да и только!          читать

ПУСКАЙ ПОВСЮДУ ТОРЖЕСТВУЕТ ЖИЗНЬ

ПУСКАЙ ПОВСЮДУ ТОРЖЕСТВУЕТ ЖИЗНЬ

Таким этическим и философским смыслом объединены практически все выставки художественных произведений Татьяны Порфирьевны Капустиной. Творчество этого замечательного ленинградского мастера графического искусства знакомо и близко многим нынешним жителям града святого апостола Петра. Потому что, едва научившись читать, многие из них держали в руках книги известных советских писателей, классиков русской и зарубежной литературы, которые иллюстрировала Татьяна Капустина своими виртуозными рисунками, необычайно лирическими, нежными акварелями. Таких книг более 120. В их числе и те, которые выходили в популярных киевских детских издательствах на украинском языке.

Мастеру-художнику доступны, пожалуй, все сюжеты и темы, в особенности те, которые принято называть анималистическими. Кстати, само слово «анима» переводится как «душа». И правда, стоит только приглядеться к молчаливой жизни животных, птиц, насекомых, как становится понятно, что без этих преданных глаз, без этих изящных мягких движений, без какой-то звериной тайны бытия мы и сами-то не в состоянии понять, почувствовать себя. И мир живой природы способен открыть в нас главное, человеческой творческое начало, которое и делает нас в полном смысле духовной, мыслящей частью мироздания…          читать

Рисунки Татьяны Капустиной

Рисунки Татьяны Капустиной

Рисовала сперва, как все дети, но у моих подружек домики и куклы выходили лучше, а у меня тогда не было карандашей, да и куклы не получались. Потому зимой я, например, бегала по заснеженному полю и строчкой следов выводила разных зверей, чаще почему-то львов. Еще цветочками и узорами разукрашивала письма отцу на фронт. И там, не глядя на фамилию, кричали: «Капустин, тебе письмо!» А работа художника у меня началась с оленей: в четвертом классе для урока географии сделала макет северного стойбища— чумы из бумаги, олени и фигурки людей из воска. И меня направили во Дворец пионеров в кружок скульптуры, а через полтора года рекомендовали в среднюю Художественную школу. И там, на приемных экзаменах, оказалось, что я не умею даже смешивать краски.

Потом прошло тринадцать лет учебы в школе и институте. Пришлось учиться рисовать все, что требовалось по программе, но животные все равно интересовали меня больше всего, и я рисовала их, где только можно. Например, на школьной даче в Юкках. Там мы, девчонки (ребята этим не увлекались), вставали в пять утра и приводили из ночного на ферму лошадей (верхом, конечно). К подъему все были дома, и долго никто не знал о наших утренних похождениях.

Не считая колхозных телят и поросят, с нами всегда были Дружок, Рыжик, Тюбик. Моя же лайка Белка появилась в 1953 году и сделала меня завзятой лаечницей. С лайкой надо охотиться, иначе это будет комнатная собачка. Но я ни разу не стреляла в зверя просто так (это не доставило бы мне удовольствия), а только когда его отработала собака, как бы в награду ей. И было за что: Белка была чемпионом 1960 года в Ленинграде и чемпионом 1-й Всероссийской выставки собак в Москве. Последнее время мне больше приходилось бегать по лесам с собаками своих товарищей-лаечников в составе судейской комиссии на испытаниях лаек по белке, медведю, утке. Сейчас у меня растет сибирская лайка Охта. Ее таланты зашифрованы в родословной и открыть их еще предстоит в лесу.          читать

«Все звери — мои»

«Все звери — мои»

Татьяна Порфирьевна Капустина — известный художник-анималист. Она много пишет акварелью, занимается эстампом, но главное в её жизни — создание иллюстраций. Капустина проиллюстрировала и оформила более 120 книг для детей о любимых ею животных. Как немногие, она знает досконально все повадки животных и изображает их в свойственной ей поэтической манере, свободно рисуя зверя или птицу в любом ракурсе. В юности, занимаясь в средней художественной школе при Институте имени И. Репина, на школьной даче в Юкках, она водила лошадей в ночное. Не случайно темой дипломной работы будущей художницы стали иллюстрации к «Холстомеру» Л. Толстого, а преддипломную практику она проходила на конном заводе в Хреновом.

Все в её искусстве художника-иллюстратора подкрепляется постоянным изучением жизни природы в путешествиях по стране. Она побывала на Памире с экспедицией зоологов, изучающих жизнь яков. Рисовала уютную тесноту войлочной юрты, яков и дойку овец. Она кочевала с оленеводами по тундре Таймыра, рисуя оленегонных собак рядом с большими нартами, стада оленей, карликовые берёзы и скромные цветы весенней тундры, возвращалась домой, пройдя Северным морским путём от Дудинки до Мурманска. Художница побывала на далёких Командорах, рисовала лежбище котиков. Чтобы не спугнуть чутких животных, над морским берегом построили эстакаду, оттуда можно было наблюдать и рисовать серебристых котиков и старых секачей, обмахивающихся от жары ластами как веерами. Обычно она пишет акварелью сразу, смело без предварительной наметки карандашом. В Бухарском заповеднике ей приносили рисовать ручного джейраненка, трогательного в своей беспомощности. Самым ценным багажом, привезённым из путешествий, являются толстые папки рисунков, акварелей, исполненных живо, трепетно, с подлинным профессионализмом. Этот богатейший материал, подобно живому ключу, постоянно питает её творчество иллюстратора и мастера эстампа. Последнее путешествие, если не считать городов России и пастьбы кавказских овчарок за Лугой, Антарктика. Встречала там 2000 год. Результат обычный — тяжеленная папка и сотни этюдов.          читать