Интервью с Никой Гольц

Интервью с Никой Гольц

— Вы говорили в одном из интервью о том, что все лучшее в Вас — из детства…
— Мы жили в Мансуровском переулке в одноэтажном деревянном доме с большими кафельными печами…

— Сохранились фотографии дома?
— Он остался только в памяти. На его месте — многоэтажный монстр.
… В доме были две комнаты, кухня, на кухне — керосинка, на парадной лестнице были свалены дрова…
Зато к нам провели телефон,так что все соседи приходили звонить.
И был рояль.На этом рояле играла папина сестра, Екатерина Павловна Гольц, по специальности — врач-физиолог. Она была великолепная музыкантша.
В 1938-ом году ее арестовали. Мне было тогда двенадцать лет. Я помню, как это было — ночью, перед рассветом…
Я не знаю, по какой причине ее арестовали. Думаю, здесь сыграло свою роль то,что она была знакома с женой Ежова.
В лагере она лечила заключенных и написала там научную работу по дистрофии, страшный документ, который я передала в Мемориальный музей узников лагерей в Ленинграде. Один из пациентов вырезал для нее деревянный башмачок и вложил в него обломанную лагерную ложку — этот «сувенир» я тоже передала в музей.
Екатерину Гольц выпустили из лагеря через пять лет тяжело больную.Это была их практика — выпускать на свободу смертельно больных. Тетя умерла через неделю после возвращения… Сейчас у меня на полке лежит кукла 19-го века, когда-то принадлежавшая моей тете.          читать

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *